«Имя твое – номер»

- 1 -
Михаил Нестеров Имя твое – номер

Все персонажи этой книги – плод авторского воображения. Всякое их сходство с действительными лицами чисто случайное. Имена, события и диалоги не могут быть истолкованы как реальные, они – результат писательского творчества. Взгляды и мнения, выраженные в книге, не следует рассматривать как враждебное или иное отношение автора к странам, национальностям, личностям и к любым организациям, включая частные, государственные, общественные и другие.

Упомянутые в этой книге картины и предметы старины реально существуют, но, по замыслу автора, их нахождение в частных коллекциях, музеях, на аукционных торгах изменено.

Связи с прошлым просто так не исчезают.

Вместо пролога Женщина Ван Гога

Андрей Вихляев, натасканный на убийства, как борзая на зайца, без колебания выхватил из ножен нож…

Для него появление хозяйки в доме стало проявлением угрозы, и он ликвидировал ее не задумываясь, со стороны могло показаться, будто выстрелило оружие – мощно и неотвратимо, без какой-либо задержки на старте. Для Вихляева же его действия были наработанной до автоматизма связкой. Он резко подтянул ногу, для удобства поворачивая бедро внутрь, и его пальцы обхватили прорезиненную рукоятку ножа. Мгновение – и спецназовец, поддернув плечом, вынес вперед руку в круговом движении. Рассекающий удар снизу вверх оказался таким точным, словно на горле женщины была заранее сделана маркером отметина – от середины левой ключицы до противоположного уха. Вот по ней и полоснул Вихляев. Тут же отшагнул, автоматически меняя обратный хват ножа на обычный. И еще раз шагнул в сторону, словно уступал женщине дорогу. И только сейчас он увидел того, кто неслышно перешагнул порог дома, того, кого он только что убил…

Она была в модной розовой шляпке. В одной руке держала сумочку. Когда падала, невольно ища рукой опору, открыла рот. И он на фоне разверзшейся раны показался крошечным, уродливым, карикатурным.

– Вот дура, – прошептал Андрей.

Он перевернул хозяйку на спину, склонился над ней, заглянул в ее живые еще глаза. Он даже погладил ее волосы и в этом жесте походил на палача с отрубленной головой в одной руке и топором в другой.

Еще раз прошептал:

– Дура…

С легким сожалением. Так шепчут залетевшей в сени синичке, тут же попавшейся в когти кошки.

- 1 -